spacer.png, 0 kB
spacer.png, 0 kB
Главная
Волконский В.А.Путь в будущее начинается с исправления имен:поиск оптимистической идеологии. | Печать |
Волконский В.А. Путь в будущее начинается с исправления имен: поиск оптимистической идеологии.Реабилитация дуализма. Журнал "Экономические стратегии", №6, 2011 год.

                                     Волконский В.А.

      ПУТЬ В БУДУЩЕЕ НАЧИНАЕТСЯ С ИСПРАВЛЕНИЯ ИМЕН:

                           поиск оптимистической идеологии. Реабилитация дуализма.                    


     
   В настоящее время нет недостатка в прогнозах войн и иных катастрофических сценариев будущего. И это относится не только к будущему России, но и всей человеческой цивилизации. В отношении России это вполне объяснимо. Россия потерпела поражение в холодной войне. Крах СССР стал небывалой катастрофой  не только политической и экономической, но и духовно-идеологической. С остальным человечеством ничего подобного не случилось.  Тем не менее, многие «властители дум»  говорят о закате эры капитализма, о  конце истории, о кризисе  конца длинного цикла, о точке бифуркации.

        Какие же признаки упоминаются в этой  связи?  Главный – дефицит жизненных смыслов. Чаще всего, имеется в виду кризис в духовно-идеологической сфере,  кризис бездуховности. Раздробленность духовно-идеологических установок, неспособность выдвинуть  объединяющие общество надличностные  Смыслы и Идеалы - это и есть духовный кризис. Отрицание, опускание всего идеального во имя циничного прагматизма, «голой правды», вследствие уверенности во всеобщем лицемерии, – такая психологическая или мировоззренческая установка (в культуре это характерная черта Постмодерна) в настоящее время играет серьезную роль в сохранении и углублении духовного вакуума.

 

                                        Реабилитация дуализма

         Я уверен, что сейчас плодотворны, и с точки зрения познания, и с точки зрения социально-политического развития, реабилитация и возвращение в основы мировоззрения – дуализма, представления, что человек  обитает в двух мирах. Это не значит, что надо возвратиться непосредственно к упрощенным религиозным представлениям, что все, что составляет мир духовный, его воздействие на земные дела, - все это доступно проникновению человека только с помощью молитвы или магических практик и не доступно для научных методов познания.

         Экономистам необходимо выйти за пределы  экономической науки. Особенно это важно для незападных стран, к которым относится и Россия. Дело в том, что экономическая наука давно выработала ответы на вопросы, что делать для решения наиболее острых проблем. Эти ответы – разные для стран Центр и стран Периферии. В основном эти ответы экономическая наука дает. Однако ее рекомендации не используются в практике, особенно в России. Потому что главными факторами являются вовсе не экономические.

        Человек  живет в двух сферах – в сфере материального, физического бытия и в сфере духовных, смысловых реальностей. В обществе знания и информации трудно сомневаться, что развитие идей и учений происходит в большой мере независимо от изменения материальных условий жизни, стереотипов экономического и политического поведения. В разные периоды истории человечества и разных его частях  приоритетными или объективно первичными, определяющими исторические процессы, оказывались сущности и явления то одной, то другой из этих сфер.

       Думаю, что главный признак, отличающий тот мир, иной мир от этого, материального мира, - это существование системы законов (законов природы и общества), которые строго однозначно управляют явлениями материального мира. Человек никогда не признает, что все его стремления и решения полностью детерминируются некими непреложными законами, которые он частично познал, а частично – пока еще нет. Это означало бы, что по мере развития психологии и науки о поведении, его конкретного человека желания и действия могут быть предсказаны со все большей точностью. Человек не откажется от убеждения, что он обладает свободой воли. Наверно прав Достоевский. Его подпольный человек знает, как рационально, разумно, выгодно в его же собственных интересах следует поступать. Но отказывается от этого, поскольку ему дороже его своеволие, его желание всем показать фигу.

       Признание со стороны представителей научно-материалистического мировоззрения возможности существования иного мира (то есть мира, законы которого и воздействия на жизнь людей наука никогда не узнает) важно по двум причинам:

1.     как подтверждение важности и актуальности направления усилий интеллектуального сообщества на изучение той горы фактов и явлений (в частности, и зафиксированных со всей тщательностью эмпирической науки), которые в течение тысячелетий признавались чудесами или суевериями;

2.     как путь к устранению барьеров, неоправданно разделяющих огромные массы людей – верующих и атеистов, и порождающих не только отчуждение между ними, но и серьезные конфликты. Этот раскол в человечестве, пришедший из периода становления идеологии Модерна, потерял свое оправдание и актуальность.

Человека от животных отличает не только логическое мышление. Не в  меньшей степени это потребность и способность к Вере в ценности, более значимые, силы, более могущественные и долговечные, чем личность единичного человека. Для человека необходимо идентифицировать, отождествлять себя с такими силами и ценностями, осознавать себя их частицей и ощущать такое отождествление как Смысл своего бытия.  Человеку необходимы надличностные смыслы своего существования. 

         Системы нравственности и институт государства  в разных  странах и регионах  базируются на различных культурных и исторических традициях (видимо играют роль и расовые различия, однако этот аспект нуждается в серьезных исследованиях). Общим можно считать духовно-идеологический фундамент, который опирается на важнейшую психологическую способность человека – способность к вере, к выделению сверхценных идей и символов, к разделению святости и цинизма, верха и низа. З. Фрейд называл эту психическую инстанцию Сверх – Я.   Для большой категории людей, если не для большинства, такая Вера является условием нормального, здорового психического состояния. Наверно, благодаря этой способности, человек сумел создать сообщества, координирующие свою жизнь и деятельность в масштабах миллионов и даже миллиардов.  Люди, способные к Вере, и объединяющие их ценности, учения, символы составляют каркас, обеспечивающий долгосрочное сохранение любого сообщества.

        Новое время (ХVIII-ХХ века) отмечено возникновением и великими успехами безрелигиозной (и антирелигиозной), чисто рационалистической идеологии: это сменяющие друг друга и воюющие друг с другом Просвещение, Либерализм, Социализм, Национализм. Казалось уже, что эпоха религий безвозвратно прошла. Но имеется много признаков, что богатства мировых религий, в частности, и их мистической составляющей, оказываются все более востребованными, что в рамках чисто научной, рационалистической парадигмы зреет понимание ограниченности и ущербности ее исходных предпосылок, а также социальная потребность сближения с сообществами, исповедующими древнюю мудрость мировых религий.

       По мере развития технологий, позволяющих удовлетворять первичные жизненные потребности человечества, духовно-идеологический фактор все больше становится определяющим в истории. (Люди, слава богу, очень разнообразны по своим психическим способностям и живут в достаточно разнородных условиях. Попытки объединить все человечество единой конфессией или идеологией никогда не удавались, и будем надеяться, что плодотворное разнообразие сохранится и впредь). Сейчас с острой настоятельностью на первый план выходит умение  людей находить и поддерживать правила плодотворного, взаимообогащающего сосуществования и взаимодействия сообществ, держащихся разных учений и символов веры, избегать разрушительных конфликтов между ними. Примером такого взаимодействия должны стать отношения Науки и Религии.

       Чтобы ускорить выход из духовно-идеологического кризиса, важнейшей задачей является сближение мировоззрений тех атеистов, которые ощущают и признают определенные идеи и символы как сверх-ценные, святые, -  и верующих традиционных религий. В России это, в первую очередь, касается христиан и тех, кто верит в социалистические (коммунистические) идеалы. В настоящее время в гносеологическом отношении полностью созрели условия для разрушения барьера между научно-материалистическим и религиозным представлениями о мире и человеке, барьера, который был выстроен в период их острой борьбы за доминирование.            

         Свидетельств, что человек может получать информацию и знания не только с помощью своих пяти органов чувств и рационального мышления, - таких свидетельств всегда было много. Но победившее в период европейского Модерна материалистическое мироощущение предпочитало отрицать их реальное существование и даже приписывать большинство таких свидетельств изощренным методам заинтересованного обмана. Сейчас накоплена гора фактов, требующих отказа от догматики жесткого материализма.  ( В частности, в последние десятилетия накопилась масса свидетельств о существовании парапсихических явлений, зафиксированных в контролируемых по всем правилам науки специально проводимых экспериментах). Имеются и физические, и биологические теории, допускающие такой отказ.   Считать ли все свидетельства о чудесах непознанным  (пока) или  непознаваемым (в принципе), - это вопрос веры.

            Наиболее важной и трудно преодолеваемой разграничительной чертой, отделяющей людей научного мировоззрения от людей религиозной веры, служит вера в личностного Бога, который создал вселенную и человека, с которым человек может общаться, который не безразличен к судьбе человека и человечества.  Однако никакого доказательства в научном смысле, что Бога не существует, не может быть в принципе.  А.Н.Колмогоров   рассмотрел смысл того, что можно назвать информационным  сообщением в отличие от случайного "шума". Согласно его теории, аппарат с ограниченной распознающей способностью (каковым является человек) в принципе не может отличить сложное сообщение, превосходящее по сложности его распознающую способность, от чисто случайной последовательности сигналов. Возьмем любое животное. Если человек не будет представлять ему некое сообщение на понятном ему языке, оно, наблюдая результаты деятельности человека, не поймет их смысла и не сможет их предвидеть, т.е. воспримет их только как случайную последовательность. При этом, чем более сложными для человеческого понимания являются последовательности событий, по которым человек хочет распознать цели Бога и методы их достижения, тем больше они должны казаться человеку нагромождением случайностей.

          Наука и религия за столетия европейского Модерна научились сосуществованию, научились разграничивать сферы своей компетенции. Основной принцип разграничения упрощенно можно сформулировать так. Научные представления о мире хорошо отражают существующий мир и управляющие им законы. Но они не дают ответа на вопросы: Что мне делать? К чему стремиться? Что считать хорошим, а что плохим?

При этом совсем немногие чувствуют себя достаточно мудрыми и уверенными в себе, чтобы не желать помощи в решении этих, может быть, самых важных для человека вопросов. На эти вопросы дают ответы  религия и  идеология.

         Духовность характеризует не только религиозные движения. Это понятие, конечно, гораздо шире. Чтобы понять, что такое  человек, надо увидеть духовность в каждом его усилии, в каждом подъеме человеческого гения.

 

 История – это школа совершенствования человечества, лестница его

                                     возвышения
          Что такое история человечества? Есть ли это последовательность смешных и трагичных заблуждений, во имя которых проливались реки крови? Или это ступени восхождения Человека к высотам, с которых открываются все более широкие горизонты Знания и Гармонии? Верующий во Всевышнего Бога может представлять историю как школу, в которой Бог воспитывает и обучает человечество.[1]

    Условия жизни человека изменяются. Эти изменения происходят как в материальном мире, так и в мире  духовно-идеологическом. Меняются институциональные, экономические, политические условия внутри стран и в геополитической   и геоэкономической структуре мира. Это мир материальный. Во втором мире – духовно-идеологическом изменения происходят иногда вслед за изменениями в первом мире. (Это соответствует концепции исторического материализма). Но часто исторические перемены начинаются с возникновения новых религиозных учений, пассионарных подъемов, открытия новых социально-информационных технологий. И эти перемены вызывают гигантские сдвиги в общественном строе, в научно-техническом развитии, в геополитической структуре мира. Историческая роль  самой концепции истмата есть пример, не подтверждающий его основную аксиому о том, что первоначальной движущей силой являются изменения в материальном мире.

     Сейчас в геоэкономической и геополитической структуре мира происходят крутые перемены. ( Раньше подобные перемены происходили только за гораздо более длительные периоды времени). Их можно обозначить как постепенное замещение однополярного мира многополярным.

     Так  же как в сфере развития производственных технологий (по Марксу,  это сфера производительных сил), так же в сфере институтов (по Марксу, – сфера производственных отношений), так же и в сфере духовно-идеологической (по Марксу,  это надстройка), - в каждой из этих сфер происходит развитие, свои периоды эволюционного накопления малых изменений и свои революции.

     Истории, развертывающиеся в этих сферах, воздействуют друг на друга.  Но не правильно говорить, что развитие в одной из этих сфер определяет развитие в остальных. В каждой из них можно выделить сменяющиеся периоды. Иногда это похоже на циклы. В разных частях мира (в разных цивилизациях) эти процессы идут в значительной мере по своему. Сейчас можно указать очень интересные работы российского историка Андрея Фурсова, относительно взаимодействия сфер производительных сил и производственных отношений – работы Л. Бадалян и В. Криворотова[2].

     Все сходятся на том, что сейчас момент смены одного цикла, или периода развития -  другим (по терминологии синергетиков – точка бифуркации) сразу в нескольких сферах развития.

       Ступени («школьные классы») духовной истории человечества можно кратко охарактеризовать следующей картиной

      Древний Египет – это класс, где человечеству продемонстрировали, каких высот мудрости, процветания и устойчивости можно достичь под защитой государства, опирающегося на духовно-интеллектуальную основу.

         Древняя Эллада продемонстрировала, что от жесткого культа порядка и стабильности, царивших в великих государствах того времени, можно отказаться во имя раскрепощения творчества в искусствах, поэзии, философии, в спорте.

            Рим показал, что само государство, политика, история могут быть смыслом и главным содержанием  бытия.

           Восточные цивилизации, Индия и культуры, связанные с буддийским учением, в это время специализировались, в первую очередь, на исследовании психических и парапсихических, сверх-нормальных возможностей отдельного человека, разрабатывали технологии перехода человека в измененные состояния сознания и выхода за границы возможностей, обусловленных телесной природой человека. 

         Христос и христиане произвели революцию в духовном мире. Они показали, что смыслом жизни может быть не богатство, не сила, даже не ум, а любовь и вера, что победы можно достичь, не убивая врага, а принося в жертву себя. Формирование и распространение новой духовности, создание соответствующей ей политической и институциональной системы в Европе заняло весь период Средних веков. Под знаменем Христа и приоритета духовности были достигнуты великие успехи в развитии европейской цивилизации. Однако недооценка телесной, материальной составляющей в природе человека должна была быть исправлена.

           В период позднего средневековья появляется тенденция, которую Ю.М. Осипов удачно назвал экономической цивилизацией. Это цивилизация,   в которой ценности и смыслы  традиционных обществ вытесняются и заменяются мотивациями и ценностями  личного материального благосостояния и богатства, принципами и символами рыночного успеха, такими, как  деньги, прибыль,  титулы собственности.                             

          Другим направлением исправления средневековой односторонности стал расцвет искусств и культуры, получивший название Ренессанса. Это исключительно актуальный для решения нынешних проблем образец относительно бескровного зарождения и развития новой духовности без разрушения предшествующей, образец конструктивного, органичного объединения господствующей идеологии (церковной) с давно отвергнутой старой парадигмой (античной культурой).

          Распространение и достижение господствующего положения принципов и смыслов экономической цивилизации и научного мировоззрения происходили далеко не так  мирно, как смена парадигм в сфере культуры и искусства. Потребовались Реформация с религиозными войнами и череда буржуазных революций с войнами гражданскими. Результатом стало безраздельное доминирование целей, стимулов, принципов экономической цивилизации и научно-технического развития.

            Успехи науки – в ХVII – ХVIII столетиях астрономии, физики, химии, в ХIХ веке биологии, особенно эволюционной теории, – привели человечество на грань духовного кризиса. Они сделали весьма проблематичной веру в Божественное Откровение (Священные писания иудеев, христиан, мусульман), которые лежали в фундаменте мировых религий. Оказалось, что человек – вовсе не венец Творения, а «плесень» на планете, которая сама является мельчайшей песчинкой, затерянной в бесконечном пространстве вселенной. Мир стал быстро секуляризироваться. Во многих развитых странах и в России атеисты составляют большинство.

          Великим достижением духовного развития человечества, которое помогло преодолеть этот тяжелый духовный кризис, было формирование учения о неизбежном, пробивающем все преграды историческом Прогрессе, веры в то, что человечество (как в определенном смысле и весь живой мир) движется от низшего к высшему, от простого к сложному, несомненно – к совершенствованию. Большинство верило, что это движение к увеличению в жизни человека Добра, Красоты, Любви, и что каждый может участвовать в этом движении.

            Многим из тех, для кого Вера является важной психической функцией, средневековую Веру в Бога заменила История.

          Ступень духовно-идеологического развития человечества, в которой доминируют ценности повышения материального благосостояния и богатства на основе научно-материалистического мировоззрения в сочетании с культурой и философией, в большой части секулярными, но выросшими из христианской духовности, породили колоссальный взлет технологических возможностей и культуры человечества. Этот духовно-идеологический комплекс получил название европейского Модерна.

         По главным движущим силам, эту ступень развития можно условно назвать веком материализма. На этой ступени (в этом «классе»  школы) Бог открыл человечеству его возможности по совершенствованию материальных условий жизни. К сожалению, в силу несовершенства человеческой природы, на каждой ступени своего восхождения человек не удерживается в рамках гармоничного существования и, в конце концов, переходя все пределы разумного и нравственного, начинает преследовать одну цель (в данном случае, скорое обогащение), забывая и подавляя остальные нормы и ценности. По образной русской пословице: заставь дурака богу молиться, он весь лоб разобьет.

            Главным идеологическим оружием этого материалистического направления стал либерализм, разрушающий бастионы старой духовности – государства (национальные и типа империй). И церкви. Власть этих главных организационных институтов, опирающихся на традиционные механизмы ответственности перед народом, носителем старых ценностей, заменялась властью финансово-промышленных компаний и банков, официально свободных от какой-либо социальной ответственности. Крупные государства дробились и ослаблялись с помощью призывов к самоопределению и суверенитету любых национальных меньшинств (и к борьбе за политические права сексуальных, конфессиональных и любых других меньшинств).

            Результатом стал быстро увеличивающийся разрыв между населением развитых стран и связанными с ними элитарными слоями периферийных стран, с одной стороны, и остальной массой человечества (в основном, жителей периферийных стран), - с другой.  Это разрыв в уровнях богатства, возможностях развития, возможностях участвовать в Истории, влиять на судьбы своего народа и других народов. Капиталистическая система, опирающаяся на принципы либерализма и конкуренции, порождающая процессы  концентрации капитала и монополизации финансово-политической власти, привела к беспрецедентной в истории концентрации экономической и политической власти и влияния мировой властвующей элиты. Элиты, состоящей из нескольких сотен семейств, контролирующих банковско-финансовую сферу (Фининтерн) и нескольких сотен финансово-промышленных компаний. Важнейшим инструментом, обеспечивающим доминирование властвующей элиты и ее влияние на исторические процессы, служит манипулирование общественным сознанием с помощью СМИ и разработки политических технологий подавления солротивляющихся сообществ.

                   При утверждении новой духовности,  радикальный отказ от  умирающей старой системы, от «ветхого мира» со всеми его накопившимися мерзостями,  противопоставление им совсем «новой земли и нового неба» становится само по себе важным фактором, генерирующим новый подъем. Однако, как правило, новая идея становится долгосрочным двигателем истории, когда появляется ее удачное, эффективное сочетание, сплав с идеями и образами прежних духовно-идеологических систем. Смысл попытки человечества (на сегодня скорее не удавшейся) перейти в «класс» коммунистической (социалистической) идеологии состоит в  противопоставлении разделяющим, даже атомизирующим человечество принципу «священной» частной собственности и ценностям индивидуальной свободы, – противопоставлении им по существу христианских ценностей духовного единства и солидарности человечества, во имя которых могут быть принесены любые жертвы. В отличие от традиционных монотеистических религий в коммунистической идеологии идея единства человечества сплавлена  с идеей Развития, бесконечного Прогресса и роста материального благосостояния на основе рациональной Деятельности, которая лежит в основе духовности Модерна.

               К сожалению, и коммунисты (и социалисты), и христианская церковь не оказались достаточно широко и стратегично мыслящими, чтобы признать генетическую, родственную духовную близость и обеспечить организационное единство и взаимодействие.

       Когда оглядываешь в воображении всю величественную картину духовно-идеологической истории, в памяти возникает пение Парки, тянущей и обрывающей нити жизненных судеб людей, из второй части «Фауста» Гете:         

     Смерть и рождение – вечное море,

      Взлет и падение в вечном просторе.

       Так на станке проходящих веков

        Тку я живую одежду богов.

Однако я привел описание духовной истории не для возбуждения возвышенных чувств, а для обоснования важной интеллектуальной позиции. Согласно этой точке зрения, каждый этап истории, каждая ступень, будь то «темные» средние века или «духовное падение» человечества в грех безбожного материализма, - каждый такой  этап был связан с великим духовным подъемом и нес человечеству великое расширение его кругозора и его жизненных возможностей. И в современных духовно-интеллектуальных битвах необходимо помнить не только о потерях и преступлениях наших идейных противников, но и о прежних великих победах и достижениях.

 

                      Два направления исторического развития

         Главную проблему, порождающую противостояния и конфликты в геоэкономике и геополитике, можно обрисовать следующей картиной. Безостановочный экономический рост Китая и Индии, догоняющих Запад, создает условия для экономической, политической и духовной активизации и других стран Третьего мира, включая Россию. Процессы глобализации толкают государства и национальные экономики к укрупнению, к укреплению связей, союзов в масштабах регионов и цивилизаций. В то же время неустойчивость и нестабильность, порождаемые как стихийными, так и рукотворными факторами и условиями действующей модели глобализации (ситуация однополярного мира), инициирует потребность в укреплении суверенитета и защиты внутреннего развития. Ценовыми, финансовыми и политическими цунами страны подталкиваются к определенной автаркии.

         Идеология глобализации и объединительные усилия западного сообщества направлены на то, чтобы оградить доминирующую группу мировых субъектов и по возможности западные страны от угрозы экономического спада, потери господствующего положения, а возможно и политического  разрушения. Но лишенные объединяющей идеологии страны периферии в полной мере испытывают на себе деструктивное воздействие отсутствия надежной перспективы. Финансовая и экономическая открытость периферийных экономик, бедных по сравнению с западными странами, делает их беззащитными перед непредсказуемыми колебаниями спроса и мировых цен на товары и финансовые активы, которые определяются изменениями геополитических условий и спекулятивных стратегий финансово-политических групп (ФПГ). Эта непредсказуемость лишает их возможности выстраивать собственную суверенную стратегию развития  (в частности, стратегию модернизации экономики, требующую долгосрочного плана поэтапного изменения структуры хозяйства и общества), обрекает на роль сателлитов западного сообщества, вынужденных постоянно реагировать на события, происходящие в развитых странах. Как выразился один мексиканский политик, имея в виду США, «очень неудобно спать в  одной постели со слоном».

         Как показывает опыт нескольких  последних десятилетий, единственной силой, которая может сделать периферийные страны способными противостоять движению Запада к безраздельному доминированию, является идеократическое (или теократическое) государство, опирающееся на религию или идеологию, отвечающую стремлениям и смыслам большинства народа (как правило, они коренятся в исторических традициях), т. е.  идеократическое (или теократическое) государство.

          На протяжении всего капиталистического развития  идет борьба за приоритет, за верховенство между государством как представителем народа с его традициями, с его стереотипами поведения, коллективным бессознательным, хранящим архетипы его мифологии, - и финансово-политической мировой элитой, официально не отвечающей перед народами, а отвечающей только за экономическую, точнее финансовую эффективность. В этой борьбе защитники государства и традиций занимают место консерваторов и даже реакционеров. Но сейчас, если они не поставят перед собой задачу обновления, они будут терпеть поражение.

         Процессы познания и научно-технического прогресса, включая последний этап – технологической, или технотронной глобализации (ТГ), – это в большой степени объективные процессы. Но современное понятие глобализации включает также институциональную глобализацию и  идеологию глобализации. Сейчас оно, по сути, совпадает с понятием однополярного мира и его  идеологией экономической цивилизации.  Развитие идеологических и институциональных систем не жестко связаны с ТГ, и они в значительной мере есть предмет исторического выбора. Гипотеза, что  мир  движется от  однополярного к миру многополярному, вполне правдоподобна. По моему мнению, это наиболее оптимистическая  гипотеза (может быть, единственная оптимистическая).

 

                             Сила и слабость новых идеологий.

      Сейчас ясно наметилось обострение в идеологическом и институциональном противостоянии описанных двух направлений развития. В России основным полем борьбы стало осмысление истории (прежде всего, советского периода, и  феномена Сталина)[3].  В арабских странах обострение  довели до горячей войны  (Убрать Каддафи!).

Не только социализм оказался дискредитированным, когда рухнул СССР.   Дух капитализма, воспетый М. Вебером, (который опирался на доминирование Сверх - Я), - этот великий Дух умер. Нынешнюю фазу капитализма, судя по подавляющему превышению чисто финансовых операций и богатств по сравнению с реальным сектором экономики, можно назвать финансиализмом (феодализм – капитализм – империализм - …).  Активность, воля, таланты направлены на создание и применение финансовых инструментов, на борьбу за перераспределение денежных богатств, поиск и перераспределение государственной ренты (rent-seeking)

        Духовно-идеологическим фундаментом глобалистского направления остаются ценности и цели, завоеванные европейским Модерном. Это ценности познания, развития технологий, освобождения экономической активности, научного и культурного творчества. Однако в условиях борьбы Запада с другими поднимающимися цивилизациями эти ценности и цели в их современной, извращенной модификации стали использоваться как идеологическое оружие для обеспечения господства Запада и, соответственно, для разрушения тех институтов и систем ценностей, которые составляют силу и обеспечивают дееспособность незападных цивилизаций и

государств. Это идеология и практика деидеологизации, это постмодерн во всех сферах культуры и философии, это продолжение идеологической войны против религий, расширенной теперь до стремления к разрушению, извращению, опусканию всякой святости, всякого геройства, всего идеального.

        Параллельно с формированием идеологии, объединяющей мировую элиту на основе идей технологической и информационной глобализации, в рамках этой идеологии совершенствуется культура либерального фундаментализма, которая в виде «идеологии деидеологизации» и культурного Постмодерна становится оружием, разделяющим, дробящим противостоящие ей духовные и идеологические учения. Фактически современная идеология глобализация оказывается разделяющей идеологией.                                 

 Одним из видов этого оружия  является стимулирование и поддержка национального и регионального сепаратизма внутри тех государств, которые отказываются признавать диктат западного Центра.

       Альтернативная идеология многополярного мира, вынужденная стоять на позициях консерватизма и защищать традиционные формы духовности, может быть названа идеологией объединяющей.

        Угрозы, которые несет миру однополярность и идеологическая монополия:

       - нарастание разрыва между «продвинутым» меньшинством (мировая элита) и все более отстающим большинством, в котором мировая элита все меньше нуждается. Быстрое развитие новых технологий позволяет «продвинутому» меньшинству обойтись без массы трудовых ресурсов.  Возникает опасность распада человечества на две резко отличающиеся друг от друга части, плохо понимающие друг друга.

        -   дефицит жизненных смыслов  у тех, кто не может или не хочет подчинить свою жизнь целям и ценностям технологического и экономического развития. М. Делягин считает, что привлекательность научно-технологического творчества так велика, что эта деятельность вполне может в будущем обеспечить нехватку смыслов для большинства населения. Но это положение представляется очень сомнительным.

        Признаком «поворота идеологической оси» надо признать неспособность рынка решать многие проблемы «экономики и общества знаний» и защиты от нестабильности финансовой стихии без усиления государства. Это привело за последние  50 лет к  быстрому росту   доли государственных расходов в ВВП: в странах ОЭСР  от 27%  в 1960 г. до 46,3%  в 1990 г., и продолжает увеличиваться, несмотря на то, что доля расходов на вооружение расти перестала.

             Главным препятствием для движения к многополярному миру служит явление «утечки мозгов» из периферийных стран – в развитые, в Центр. Этот процесс приводит к феномену «народы без элит».

 

                                     Исправление имен

          Мудрый Конфуций началом  оздоровления считал исправление имен. Для него существовала, естественно, единственная истина, которая была заключена в традиции. Надо было только очистить истину от позднейших искажений, восстановить ее изначальный смысл. Теперь мы знаем, что в разных цивилизациях, в разных национальных культурах традиции могут существенно различаться. Задача состоит в том, чтобы бережно выявить эти различия и найти пути к их согласованию и взаимному обогащению. Число значимых для мира традиций теперь необходимо включить и либеральные традиции западного Модерна и социалистические традиции (здесь и марксистское направление в теории, и практика социал-демократов у власти в европейских государствах и успехи социалистического развития в СССР).

          Святость и героизм. Религиозная традиция безоговорочно включает в себя существование и необходимость признания святости, без чего человек не может состояться в своем подлинном образе. Понятие святости, как и понятие духовности не может относиться только к религиозной, конфессиональной сфере. История знает великие подъемы Духа на чисто секулярной основе. В понятие святости входит не только святые люди. Это любые символы, художественные образы и т.д.   Это может быть образ жизни, образ мыслей. Одной из ипостасей святости являются геройства и мученичество (по сути, пассивный модус геройства). Святыми могут быть идея или чувство Родины, своей нации. Сакральную роль для многих играло Государство, монарх как его олицетворение.

         Признание святости или, наоборот, стремление исключить, уничтожить этот элемент психики, социальных отношений (которое доходит до степени воинствующего безбожия – в 20-е годы у большевиков, теперь - у фундаменталистов-либералов), - деление людей по этому признаку имеет место в настоящее время в борьбе между идеологиями многополярного мира и глобализма и становится все более актуальным.

        Стремление либеральных фундаменталистов расширить право на свободу самовыражения,  плюрализм, толерантность до права на извращение,  издевательство, глумление над тем, что свято для значительной части народа, провоцирует провокаторов. Вспомним карикатуры на пророка Мухаммеда, глумление над христианскими святынями (типа выставки «Осторожно, религия»). В этот же ряд следует поставить попытки представить трудовые и воинские подвиги  наших отцов и матерей только как привычку к повиновению рабов.  Такое  «искусство» или такие идеологические провокации нередко вызывают у зрителей и слушателей настоящую ненависть к авторам (да и к их интеллектуальным защитникам). Самым логичным ответом на такие провокации было бы продумать и принять закон о запрете разжигания межконфессиональной розни и издевательства над народными святынями  (по примеру Закона  о разжигании межнациональной розни).

         В начале ХХ века в российской социал-демократии была выдвинута теория богоискательства, согласно которой русский народ, находящийся в плену «религиозных предрассудков», лучше воспримет идеи марксизма, если они будут представлены в виде религиозного (точнее, псевдорелигиозного) учения. Сейчас наверно надо бы поставить обратную задачу: Представить христианские идеи в виде серьезной научной теории, приемлемой для восприятия современного научного работника – атеиста по невежеству. Сейчас нужно богоискательство – наоборот.

         Различие взгляда на понятие героизма можно продемонстрировать следующими позициями:

- старый советский лозунг: «В жизни всегда есть место подвигу»;

- Борис Акунин (Григорий Чхартишвили): «Блажен тот народ, которому не нужны герои».

           Свобода. Современная монополизация трактовки этих понятий  западной идеологией – это использование их в геополитической борьбе. Они превратились в оружие западных стран против сильного государства в странах Азии и других странах периферии, которые становятся их противниками. Свобода трактуется только как гражданская свобода, причем свобода для индивида. Но слово свобода на протяжении всей истории используется как освобождение народа от чужеземной оккупации, то есть как лозунг национально-освободительной войны. Когда коммунисты и социалисты говорят о свободе пролетариата, о свободе труда от эксплуатации со стороны капитала, это вовсе не свобода либералов. В последние десятилетия символ свободы стал важным фактором того духовно-идеологического кризиса в культуре и идеологии, который связан с течениями Постмодерна и деидеологизации.

         Альтернативное понимание символа Свободы означает возможность для того или иного народа, того или иного слоя общества (и для членов этих общественных групп) участвовать в Истории, воздействовать на ее ход, делать смысловой выбор своего места в ней. А для этого нужна не разделяющая идеология индивидуалистической свободы, деидеологизации и постмодерна, а объединяющая идеология святости, чести и героизма, укорененная в традиции.

        Демократия (в буквальном переводе – власть народа) - в системе западной пропаганды – это набор законодательных принципов и административных процедур, обеспечивающих выявление (прежде всего, через свободный доступ к СМИ) и реализацию выбора большинства населения (прежде всего, избирательных процедур при формировании органов власти). История показывает: чтобы система демократических процедур выполняла свое предназначение, необходимо достаточное духовно-идеологическое единство общества, причем сама Демократия (как воля большинства) должна рассматриваться как важная ценность всем обществом.

        Народовластие остается важной характеристикой государства. Но обеспечение этого принципа далеко не сводится к набору стандартных процедур. Нередко та или иная форма диктатуры или монархии лучше выражает волю народа, чем такой набор процедур.

         Идеология. В западной пропаганде это антинаучная система представлений, используемая тоталитарными режимами для укрепления своей власти (теория деидеологизации).  Необходимо использовать более адекватное (более научное) понимание категории идеологии – как любой, разделяемой народом, партией или властью, системы представлений о существующем устройстве общества, о ценностях, Смыслах и целях развития. Идеология может базироваться на научных теориях  (чтобы быть основой для реалистичной и успешной политики). Но она не может ограничиваться только данными науки, поскольку наука не дает ответа на вопросы: Зачем? Что есть Добро и что есть Зло? И т.д.

      Справедливость обычно лежит в основе любой идеологии. Следует учитывать, что в разных цивилизациях, разных исторических традициях и в разные исторические периоды представления о справедливости сильно различаются. Чтобы идеология была воспринята народом, речь должна идти не об общечеловеческой категории справедливости, а о ее корнях национальной традиции, в цивилизационных архетипах. Западная традиция считает нормальным существование гигантских частных состояний, если только их хозяин не признан нарушителям закона. Для признания богатства, нажитым   неправедно, важно только признание его незаконности. Любые моральные оценки пути к богатству не имеют серьезного значения. Об этом свидетельствует признание неприличными вопросов о происхождении богатства. Бедность считается не бедой, а виной бедняка: раз бедняк, значит лентяй, или пьяница, или не честен, не заслужил доверия.

       Согласно русской традиции, большие богатства должны быть оправданы заслугами перед обществом. Без известных народу заслуг частная собственность, сотни раз превышающая средний уровень, будет считаться несправедливой (вне зависимости от известной презумпции). Поражать богатством и великолепием, во много раз превосходящим уровень народа, может только собственность государства или церкви.

       Государство. В западном представлении (по крайней мере, отраженном в господствующей либеральной идеологии), государство – это просто одна из  отраслей услуг, сферы обслуживания. Все чиновники – даже самые высшие -

это нанятые народом работники, единственным мотивом которых является оплата их труда.

        В российской традиции, сохранившейся в значительной части до настоящего времени, государство – это инстанция высшего сакрального порядка.  Бессилие, коррумпированность государства рассматриваются как тяжелая болезнь всей страны, всего народа, и это не служит основанием для вывода о «минимизации» государства.  Работа на защиту или укрепление государства рассматривается как Служение, выполнение высокого Долга.

       Конечно, в современных условиях духовного и нравственного упадка это описание двух традиций претерпевает серьезные изменения и деградацию. Так что представление о государстве в западных странах оказывается более идеальным и наполненным сакральным Смыслом, чем сейчас в России.    



[1] Впервые этот  образ я услышал от А.Р.Бахтиярова.

[2] В частности, в журнале  «Экономические стратегии»  2007, №1 и 2008, №3 и 4.

[3]Это наиболее ярко выявилось при ежедневной трансляции в течение  всей второй половины 2010 г. дискуссионной программы «Суд времени» на 5-м (С-Петербургском) канале телевидения и особенно в стабильно положительной оценке результатов советского периода в зрительском голосовании (несколько тысяч голосующих).

 
« Пред.   След. »
spacer.png, 0 kB
spacer.png, 0 kB